# 2011.11.17-Хотим как лучше, а получится как всегда...

## Хотим как лучше, а получится как всегда...

17.11.2011

После вступления России в ВТО целые группы товаров могут подешеветь. Об этом сообщил сайт «Мэйл ру» (http://news.mail.ru/politics/7352958/). «Некоторые эксперты, правда, утверждают, что результатом снижения пошлин может стать не падение цен для покупателей, а рост прибылей продавцов. По крайней мере опыт Грузии и Украины свидетельствует как раз об этом». Однако подешевеют ли они в действительности, является большим вопросом, поскольку в РФ всё всегда происходит не так, как дóлжно.

В СМИ сегодня достаточно много материалов посвящённых процессу вступления России во Всемирную торговую организацию (ВТО). Однако мало кто из противников вхождения России в ВТО подробно изучал юридическую составляющую этого процесса.

Позиция КПЕ по вопросу вхождения в ВТО, чтобы не получилось "как всегда", была высказана неоднократно. Ниже приводим материал, в котором дан взгляд юриста.


ИАС КПЕ

### Обязательства, которых мы не знаем. Вступление России в ВТО: точка зрения юриста


Сегодня маятник переговоров по вступлению в России в ВТО замер в позиции «Вступает».

В разноголосице профессиональных мнений по этому вопросу преобладают, само собой разумеется, голоса экономистов. Они, безусловно, правы в том, что присоединение России к ВТО способно в чем-то помочь модернизации российской экономики. Кроме того, российский рынок слишком интересен для западных стран и компаний, чтобы они в конце концов не уговорили Россию стать членом ВТО на тех или иных условиях.

Но вот какой парадокс: все эти годы в России, которая объявляет себя правовым государством и в которой Президентом и премьер-министром являются юристы, никто всерьёз не обсуждал юридические аспекты присоединения России к ВТО. Тон в дискуссии всегда задавали экономисты, которые, однако, зачастую просто не осознают, что такое дух и правила ВТО в жестком юридическом истолковании развитых государств Запада. И эта ситуация, кстати, один из показателей того, что России до правового государства ещё далеко.

Все эти годы активно эксплуатировался следующий лозунг: вступать надо, но только на приемлемых условиях. Однако мало кто задумывался о том, что приемлемыми могут быть только те условия, которые не только отвечают интересам России по сути, но еще и облечены в строгую и корректную юридическую форму. И это не проект малозначимого федерального закона, который можно при желании завернуть на любом из уровней Госдумы, Совета Федерации или Администрации Президента: речь идет о крайне серьезных обязательствах, которые получат силу международного договора, которые согласовываются заранее и превалируют над внутренним российским правом. Начав процесс ратификации соглашений с ВТО, Россия от него отказаться уже не сможет. Иными словами, юридическую проработку таких соглашений нужно осуществлять не в процессе ратификации, а заранее.

И тут опять возникает парадокс: сегодня проанализировать обязательства России перед ВТО с юридической точки зрения невозможно по той простой причине, что Министерство экономического развития (МЭР) их детали по каким-то причинам скрывает. И это несмотря на то, что речь идёт о крайне важных для российского государства, общества и экономики вопросах. Вернее, МЭР охотно сообщает общую информацию типа «интересы России будут соблюдены, баланс взаимных интересов достигнут», проводит различные «круглые столы», но наотрез отказывается предоставлять конкретные тексты. Ссылается оно при этом и на информационную безопасность в целях успешного завершения переговоров. Но это объяснение годится на начальной стадии переговоров, а не тогда, когда согласовано, по словам того же МЭРа, уже 95 % всех вопросов.

Но может быть, беспокоиться не о чем, поскольку МЭР и иные государственные органы и так обеспечат соблюдение интересов государства, общества и экономики с юридической точки зрения? К сожалению, полагать так может только наивный мечтатель, с реалиями отечественного чиновничьего механизма не знакомый.

Я как юрист, профессионально занимающийся вопросами международного частного права и права международной торговли, попытался оценить обязательства России перед ВТО именно с правовой точки зрения.

К сожалению, из-за специфической информационной политики мне удалось ознакомиться только с текстом проекта обязательств России по допуску иностранных лиц в один единственный сектор российской экономики, а именно сектор юридических услуг. Между тем Россия в ходе переговоров по вступлению в ВТО уже согласовала обязательства в отношении 116 секторов услуг (включая банковские, страховые, транспортные, телекоммуникационные и т.д.). Ознакомиться со списком уступок и обязательств России по товарам также не получилось.

Итоги анализа проекта обязательств России в отношении сектора юридических услуг оказались удручающими: в небольшой таблице, не занимающей и половины листа, обнаружилось около 10 юридических ошибок и несуразностей, и это помимо политико-методологических просчётов! Примерно так же 18 лет назад писались в России законы.

Чтобы не быть голословным, приведу некоторые, далеко не все примеры (далее речь будет идти только о секторе юридических услуг).

Перед переговорами не была проведена серьёзная инвентаризация российского регулирования оказания юридических услуг. Из-за этого в итоговом документе забыли указать на то, что Россия не берёт на себя обязательства допускать иностранных лиц в сферу таких юридических услуг как услуги патентных поверенных. При этом о российских нотариусах не забыли и специально упомянули о том, что Россия не берёт на себя обязательства разрешать иностранным нотариусам действовать в России или получать статус российских нотариусов. В результате Россия будет обязана разрешать иностранным патентным поверенным действовать в России именно в качестве иностранных патентных поверенных или же получать статус российских патентных поверенных. И это случилось в условиях, когда с 1993 г. ввиду соображений национальной безопасности патентными поверенными в России могут быть только российские граждане (это же правило имеется и в четвёртой части ГК РФ, действующей с 01.01.2008 г., равно как и в Федеральном законе «О патентных поверенных»). В итоге создаётся угроза нанесения ущерба информационной и национальной безопасности России. Само собой разумеется, что с Ассоциацией патентных поверенных МЭР консультации не проводило. Кстати, МЭР в ходе общения с Федеральной палатой адвокатов РФ в 2010 г. эту свою ошибку сквозь зубы признало. Но её поправить сейчас уже невозможно.

Далее, МЭР не запрашивало мнения субъектов Федерации по поводу принимаемых обязательств. Между тем адвокатура согласно Конституции ― сфера совместной компетенции Федерации и её субъектов, т.е. бездействие МЭРа закону не соответствовало.

В ходе переговоров сектор юридических услуг субъектами предпринимательской деятельности оказалась в «подвешенном» состоянии: Минюст занимался только адвокатами и нотариусами, а МЭР ошибочно полагало, что этот сектор под его компетенцию не подпадает и не испытывало к ней какого-либо интереса.

В ходе переговоров по вступлению в ВТО не был изучен опыт тех развитых стран, которые вводят ограничения на допуск иностранных лиц в сектор юридических услуг, в частности, Австрии, Кореи и Японии.

В ходе переговоров по вступлению в ВТО была полностью проигнорирована позиция прочих стран БРИК, которые уделяют большое внимание развитию национальных юридических фирм и не желают попадать в зависимость от иностранных поставщиков юридических услуг из развитых государств. Весьма любопытно, что быстро развивающиеся Бразилия и Индия не стали брать на себя никаких обязательств перед ВТО применительно к сектору юридических услуг: они понимают, насколько важно обеспечить развитие этого национального сектора для достижения успеха их экономиками в глобальной конкуренции. Китаю под давлением членов ВТО взять такие обязательства пришлось, но с очень серьёзными ограничениями для таких членов ВТО. На этом фоне позиция России выглядит нерационально.

Из 153 членов ВТО вообще не стали на себя брать какие-либо обязательства перед ВТО в отношении сектора юридических услуг почти половина, а именно 75. Среди них прежде всего следует выделить Бразилию, Гонконг (Китай), Индию, Кипр, Республику Корея, Мальту, Мексику, Монголию, Объединенные Арабские Эмираты, Пакистан, Сингапур. Опыт данных стран был в ходе российских переговоров проигнорирован.

МЭР в ходе переговоров исходило из неверного методологического подхода: не из целей постепенного развития в последующем российской сферы юридических услуг с учётом необходимости в разумных мерах её защиты ввиду того, что она только становится на ноги, а из жёсткой фиксации на будущее того выгодного для иностранных лиц положения, которое сложилось в неблагоприятные для России 90-е годы прошлого века и которое продолжает, к сожалению, существовать и сегодня. Например, лечить в России людей или даже собак без соответствующего образования нельзя, а консультировать по вопросам российского права, не зная русского языка и не имея российского образования ― можно. Представительствовать в российском суде могут даже иностранцы без юридического образования или имеющие судимость, что в других странах недопустимо. Иными словами, МЭР ориентировалось не на будущее, а на текущий момент, исходило не из стратегических, а из сиюминутных соображений. Между тем все государства стараются создать для себя в ходе вступления в ВТО определенный «запас прочности» именно на будущее, учитывая, что в последующем от них в ВТО будут требовать еще большего открытия их рынков.

В ходе переговоров не проводилось консультаций ни с Федеральной палатой адвокатов, ни с Союзом юристов России, ни с Союзом российских юристов (на их базе была создана Ассоциация юристов России). Также не запрашивалось ни мнение представителей коммерческих организаций, оказывающих юридические услуги, ни мнение научных организаций. Тем самым МЭР проигнорировало мнение Президента России, высказанное ещё в 2002 г. применительно к переговорам по вступлению России в ВТО: «Все должны быть участниками этого процесса. Мнения всех должны быть учтены». Между тем МЭР в ходе переговоров использовало услуги иностранных экспертов и малоизвестной организации ООО «Центр торговой политики и права». Работа и иностранных экспертов, и экспертов этой организации оплачивалась за счёт средств ЕС, а ведь ЕС был одним из основных российских противников на переговорах. Это могло повлиять на итоги переговоров неблагоприятным для России образом. Кстати, доли в уставном капитале этого ООО принадлежат в том числе сотрудникам МЭР. Конечно же, это совпадение, не оказавшее никакого влияния на ход и исход переговоров.

В ходе переговоров не было учтено мнение Организации экономического сотрудничества и развития, которая ещё в 2000 г. в своём исследовании «Улучшение экономических и правовых условий для российской торговли услугами» не возражала против мнения экспертов, указывавших на необходимость принятия защитных мер в отношении российского сектора юридических услуг.

Россия взяла на себя обязательство разрешать любым иностранным предпринимателям или юридическим фирмам учреждать в России любые коммерческие организации без каких-либо ограничений или создавать в России филиалы иностранных фирм для оказания юридических услуг. Россия пытается защитить такие важные для ее экономики сферы как банковские, охранные или образовательные услуги, но полностью открывает для иностранцев сектор юридических услуг, не пытаясь использовать хоть какие-то разумные защитные меры. Российские лица не могут на равных конкурировать с иностранными юридическими фирмами: у них нет ни десятилетий собственной истории развития, ни серьезного опыта работы в рыночных условиях или участия в транснациональных сделках, ни мощных финансовых ресурсов, ни организационных и информационных наработок, ни разветвленной структуры, охватывающей многие юрисдикции. Используя свои финансовые ресурсы, иностранные юридические фирмы поступают очень просто: один или два иностранных юриста, не получавшие образование в России и не разбирающиеся в российском праве, открывают в России отделение своей фирмы и нанимают российских юристов, услуги которых продают российским бизнесменам и государству. При этом ими часто допускаются злоупотребления: как выявила проверка Счётной Палаты России при работе на государственные органы они выполняют обычную секретарскую работу по неразумным ценам, ввиду чего бюджет несёт неоправданные потери.

Благодаря непродуманным обязательствам Россия будет лишена права предписывать иностранным лицам оказание услуг в какой-либо специальной юридической форме (как это имеет место сегодня в отношении, например, адвокатов). Между тем такие страны, как например, Австралия, Австрия, Канада, Дания, Франция, Япония, Норвегия такое право за собой сохранили.

В обязательствах России говорится о том, что иностранным юристам может быть разрешено оказывать юридические услуги только по иностранном и международному праву, а также по международному частному праву, под которым согласно общепринятым воззрениям может пониматься только российское регулирование частных отношений с участием иностранных лиц или с иным иностранным элементом. Это означает, что иностранные юристы будут иметь право оказывать услуги по российскому праву, даже не имея российского образования, если только в правоотношение будет вовлечен любой иностранный элемент. Какой смысл было сначала ограничивать оказание юридических услуг только иностранным и международным правом, а потом разрешать их же оказание по весьма широкой составной части российского регулирования? Такого двусмысленного обязательства не принимал на себя ни один член ВТО и Россия в этом отношении оказалась «уникумом».

Кроме того, обязательства России не основаны на принципе взаимности: США и ЕС не спешат открывать свои сферы оказания юридических услуг для лиц из России и других государств за счёт того, что выдвигают в их отношении жесткие требования. Россия же поступает наоборот.

Обязательства России перед ВТО никоим образом не содействуют усилению ее положения на пространстве бывшего СССР. Напротив, они создают все возможности для того, чтобы Россия стала площадкой для неконтролируемой экспансии западных юридических фирм, а значит и западного бизнеса, западных права и идеологии, в страны бывшего СССР, что национальным интересам России не отвечает.

В свете обязательств России существующая на сегодня российская система регистрации иностранных адвокатов в специальном реестре может быть в рамках ВТО оспорена и ее придется отменять.

Обязательства России перед ВТО также не отвечают целям налоговой и валютной политики государства. Так, благодаря им создаются все условия для того, чтобы налоги платились не в России, а в иностранных государствах. Кроме того, уже много лет в России существует дефицит внешней торговле применительно к сектору юридических услуг: иностранные лица преимущественно вывозят из России валютные средства, получаемые за оказанные ими юридические услуги.

В итоге обязательства России перед ВТО применительно к сектору юридических услуг оказались даже более благоприятными для иностранных лиц (и неблагоприятными для российского общества, государства и экономики), нежели аналогичные обязательства Киргизии и Молдавии (как показало их сравнение) .

Изначально, когда Россия только начинала переговоры, предлагаемые ею условия были весьма жесткими и нацеленными на защиту российских лиц. Однако впоследствии российская делегация поддалась давлению США и ЕС, которые были наиболее активными на переговорах и настаивали на максимально либеральных для себя условиях. Это не удивительно: США контролируют 61 % мирового оборота юридических услуг, а вместе с ЕС ― свыше 85 %. МЭР такое пристальное внимание США и ЕС к российскому сектору юридических услуг не насторожило. После вступления обязательств России в силу США и ЕС будут контролировать свыше 90 % мирового оборота юридических услуг на юридических основаниях.

Наконец, в обязательствах России имеется около 10 серьезных ошибок юридико-технического характера. Так, из-за того, что МЭР некорректно перевело на английский язык (официальный язык ВТО) слова «российское арбитражное судопроизводство» (как «Russian arbitration tribunals»), в обязательствах России оказалось зафиксированным, что в России только адвокатам разрешается (или будет разрешено) осуществлять представительство в российских третейских судах. Это является совершенным нонсенсом. Подобные ошибки юридико-технического характера могут весьма негативно повлиять на международный имидж России в ВТО. Устранения одной этой ошибки в ходе общения с ВТО будет стоить России десятки тысяч долларов США (расходы на командировки, переговоры и на консультантов).

Соответственно проблема в том, что если иные обязательства России находятся с точки зрения юридического качества на том же низком уровне, что и обязательства России в отношении сектора юридических услуг, то это означает, что с правовой точки зрения итоги всего многолетнего переговорного процесса по вступлению в ВТО являются весьма плачевными, а членство России в ВТО на таких условиях – опасным для российской экономики и общества. Речь ведь идет об обязательствах, имеющих силу международного договора и превалирующих над внутренним российским правом.

Безусловно, пока не будут проанализированы все обязательства России перед ВТО, следует говорить о юридической некачественности таких обязательств только в отношении сектора юридических услуг. Есть ли вероятность того, что случай с этим сектором является исключением, досадной несуразностью? Исключать такую вероятность неразумно, но рассчитывать на неё, зная российские реалии ― тем более неразумно. Уж если не смогли нормально сформулировать юридические условия применительно к самим юристам, то что же говорить об иных лицах?

Если Россия станет членом ВТО на таких низкокачественных условиях, то можно быть уверенным в том, что любой юридический недочёт будет использован против неё и ничего поделать будет нельзя (разве что выйти из ВТО). Вот тогда-то российские чиновники и бизнесмены через чеканные формулы римского права Verba fortius accipiuntur contra proferentem (Слова следует толковать более строго против того, кто их употребляет) и Pacta sunt servanda поймут с опозданием к немалой досаде для себя, что такое дух ВТО и что такое правила ВТО в жёстком юридическом истолковании развитых государств Запада. Эти государства и чиновники ВТО дадут очень жёсткий отпор всем попыткам России сослаться на то, что в её обязательствах по недомыслию или из-за чего либо иного были допущены оплошности.

В этих условиях информационная закрытость МЭР и имитация им разъяснительной работы тем более вызывает вопросы. Возможно, МЭР осознает все допущенные ошибки и стремится информацию о них замолчать. Один из депутатов Госдумы, выступая в Совете Федерации, высказался по этому поводу очень точно: «Они делают, эти ребята, очень умно. Как они делают?

Вот представляете, они взяли какой-то узкий вопросик из 100 вопросов, пришли в Комитет по безопасности и его пообсуждали в Госдуме. Потом взяли Минюст… А потом, когда это будет приниматься законодательным собранием, они будут говорить: „Ну как же? Это же широко обсуждалось! В Госдуме мы обсуждали, вот в комитетах… Вот обсуждали. Значит, в Минюст мы писали, у нас есть…“.

То есть это всё такая хорошая бюрократическая деятельность, когда люди авторитарно работают, делают то, что хотят, но при этом всех остальных из этой деятельности исключают. А потом закроются вот этими пипочками, как они где-то обсудили на каком-то комитете».

Так что нельзя не задаться вопросом: не окажется ли Россия в свете сказанного в положении заёмщика, который даже не прочитал текст договора, беря потребительский кредит с безумными процентами? К сожалению, в России, как известно, чаще всего правы юристы, но решение принимают экономисты. Причём не всегда думающие об истинных интересах России.


А.И. Муранов,

к.ю.н., доцент кафедры международного частного

и гражданского права МГИМО (У) МИД РФ,

член Совета Федеральной палаты адвокатов РФ,

управляющий партнер коллегии адвокатов «Муранов, Черняков и партнеры»

(http://stop-vto.ru/2011/11/13/obyazatelstva-kotoryih-myi-ne-znaem-vstuplenie-rossii-v-vto-tochka-zreniya-yurista/)